26.05.18

Персона

Ирина Сырова

Ирина Юрьевна Сырова, один из старейших педагогов Московской академии хореографии – где преподает уже 39 лет! Мы решили, что интервью у Ирины Юрьевны возьмет ее ученица Карина Житкова, которая провела с ней в балетном классе много лет и до сих пор вспоминает с теплотой это время. О своей методике, ученицах и родной школе читайте в нашем интервью.

Ирина Сырова

Ирина Юрьевна, вы в свое время выпускались из Пермского хореографического училища, сейчас вы являетесь профессором кафедры классического танца Московской государственной академии хореографии. Кто был вашим педагогом в Перми? Кто вкладывал в вас основы основ, был вашим наставником?

Основным моим педагогом  в училище была Кузнецова Галина Константиновна, начиная с 5 класса я училась и выпустилась у нее. Затем она преподавала уже в московском училище, и мне так повезло по жизни, что долгие свои творческие годы я провела под ее неусыпным наблюдением и постоянной помощью. Таким образом, я и закрепилась здесь как педагог, и уже 39 лет преподаю в Московской академии хореографии.

А как вы поняли, что хотите преподавать?

Когда я окончила училище и пришла в театр, меня сразу привлекли к работе в хореографическом училище в качестве педагога, я работала на заменах. Видимо, во мне сразу увидели какую-то педагогическую жилку, поэтому я имела опыт еще до того, как получила педагогическое образование в ГИТИСе. Полтора года назад я была на юбилее Пермского хореографического училища,  ко мне подошел мужчина и говорит: «Вы помните, как у нас заменяли в третьем классе?».

Я счастлива, что училась в Перми и очень люблю нашу школу, хоть «нашей» сейчас, наверное, для меня больше является Московская академия. Думаю, «наша» для меня – и там, и там.

Ирина Юрьевна Сырова во время учебы

На своём творческом пути мне посчастливилось работать с замечательными пермскими педагогами: основы, важные человеческие и профессиональные качества в академии в меня вкладывали вы, затем Людмила Шипулина в Муз. театре Станиславского, Елена Барановская в Одесском театре оперы и балета, Галина Шляпина в Кремле. Насколько, по вашему мнению, сейчас сильна пермская школа, ведь сложно отрицать, что она выпускала просто грандиозных танцовщиков в разное время?

Я считаю, что свой высокий уровень Пермское училище держит и сейчас. Я давала там мастер-классы не так давно и заметила, что там много сильных преподавателей. К сожалению, многие уже ушли от нас  – Людмила Павловна Сахарова и Нинель Даниловна Сильванович. Это были люди, влюбленные в свое дело, очень серьезно относящиеся к нему и, конечно, традиции, которые заложила еще Екатерина Николаевна Гейденрейх, очень бережно сохранялись преподавателями и всеми нами, учащимися. В основном в училище поступали иногородние дети, те, кто очень хотел учиться, и серьезно относились к делу. Наверное, из  всего этого зародилось такое зерно профессионализма, которое в последствии дало свои плоды.

Галина Константиновна Кузнецова, ваш наставник, она тоже рано начала свою педагогическую деятельность?

Да, в 22 года она уже начала преподавать, ее как раз привлекла Екатерина Гейденрейх. С 1974 года она уже начала работать в Москве . Галина Константиновна была необыкновенным педагогом и человеком, в ней удивительным образом сочеталась требовательность и доброжелательность. Она была человеком очень эмоциональным и увлеченным, именно этим и вела за собой своих учеников. Мы восхищались, когда она что-то придумывала, показывала, у нее это всегда получалось очень легко. Я не знаю ни одного человека, кто относился бы к ней равнодушно или отрицательно, такого просто не могло быть. Галина Константиновна очень много мне дала в профессиональном плане, когда я начинала свою деятельность. В ГИТИСе я училась у Жемчужиной Елены Николаевны, и в первые годы они с двух сторон опекали и поддерживали меня, приходили на уроки, честно высказывали свои пожелания. У меня до сих пор хранятся записи тех замечаний, я их перечитываю и очень ими дорожу.

К вам в ученицы попадают уже в средних-старших классах. Каков Ваш подход к девочкам в такой сложный для них период? Ведь это время происходит становление характера, смена приоритетов, взросление. Я помню, что на ваших уроках всегда была строгая дисциплина, но не было муштры. 

Мне кажется , что требовательность в нашем деле необходима, мы не добьемся ничего мягкостью и уговорами. Требовательность должна сочетаться с уважительностью, доброжелательным посылом, с умением добиться того, что нужно. Ученик должен понять, что все требования только для его же блага. Другого рецепта я не знаю. Конечно, психологически мы реагируем уже в классе, иногда приходишь в класс с определенным уроком, а начинаешь заниматься и видишь, что дети в данный момент плохо тебя слышат или мышцы у них не так отвечают на движения, которые им задаешь – вот тут и приходится корректировать по ходу.

Педагог должен обладать внутренним чутьем, должен реагировать на все, но при этом уметь заставить, потребовать результата так, чтобы ребенок сам захотел это сделать.

На чем основана ваша методика преподавания? Из чего складывается система обучения? Это полностью разработанная вами система или она в чем-то основана на опыте других педагогов? 

Насчет особой методики сказать трудно, но большое значение играет опыт. В чем наша профессия прекрасна и трудна? Мы всю жизнь должны учиться: и на своих ошибках, и на уроках других педагогов. Мы учимся и на экзаменах: после них проходит обсуждение и члены комиссии высказывают свое мнение. Приходится заново анализировать свою работу и искать варианты преодоления трудностей. 

Естественно, есть фундамент, без которого артист балета не может состояться, нельзя сказать, что вот этому можно научиться только в младших классах, а этому – только в средних, у нас есть вещи, которыми мы занимаемся всю свою жизнь. Наш фундамент – это правильная постановка ног, корпуса, головы, рук, приобретение свободы движения, мягкости. Должно быть ощущение, что танец – это так же естественно, как разговор. Нет прописных уроков, занимаясь которыми мы с уверенностью сможем чего-то добиться. У нас абсолютно авторская работа – каждый день мы придумываем новый урок, в зависимости от программы, от наличия профессиональных данных, уровня подготовки детей и этапа обучения. Все это мы должны учитывать ежедневно.

Школа – это приобретение необходимых для профессии навыков, мы должны обучить детей грамоте. На основе этой грамоты и воспитанного тела артист в театре уже продолжает немного другое обучение. Даже урок там строится по-другому, он направлен на то, чтобы поддерживать форму, чтобы добиваться качеств, необходимых для выхода на сцену. Но если в педагоге заложено стремление улучшать артиста, а не только поддерживать форму, он всегда будет так строить урок, что он будет учить артистов чему-то новому.

С ученицей Екатериной Шипулиной в Московской академии хореографии

Ваши ученицы работают в лучших театрах страны, поддерживаете ли Вы связь с ними? 

Да, с очень многими. У меня есть Инна Воронина, мой первый выпуск 1991-го года, она работала в Муз. театре Станиславского и до сих пор мы с ней общаемся. Много учениц в Японии и даже в Америке.

Вы воспитали множество балерин! Что меняется в студентах со временем? Ведь сейчас, даже по сравнению с нашим выпуском у учеников немного другие приоритеты, в чем-то они свободнее и взрослее. Как это отражается на учебе?

Да, это очень заметно. Отличие нынешних детей в том, что они  более разбросаны, у них огромное поле деятельности вне профессии, им надо все успеть, много чего увидеть, пообщаться, множество социальных сетей, интернет  – все это дает им большие возможности, но они не так сосредоточены, не  так нацелены на профессию, как это было раньше. Есть исключения, конечно, но в целом, особенно последние 10 лет, разница очень заметна.  Всегда есть люди одержимые, влюбленные в свою профессию, готовые сутками работать. Я думаю, что честное отношение и любовь к своему делу у самого педагога может вдохновлять учеников, увлекать их.

На заинтересованность влияет, конечно, занятость в репертуаре, где большое значение имеют такие факторы как, например, рост, а в классе могут быть совершенно разные девочки и их всех надо стараться задействовать в общей сценической практике. За все годы работы, пожалуй, остались единицы, кто был равнодушен к профессии, сейчас даже не могу вспомнить. Может быть мне везло, но мои ученики всегда были увлечены своим делом, хотя трудностей бывало много.

Только что закончились Государственные экзамены, что бы вы могли пожелать выпускникам в этот период перехода во взрослую новую жизнь?

Конечно, удачно устроиться, чтобы каждый из них получил возможность реализовать те знания и умения, которые они получили в школе. Чтобы повезло!  Это тоже важно, но главное – работоспособность, честное и добросовестное отношение к своему делу. В чем еще сложность нашей профессии – обмануть никого невозможно. Ты выходишь на сцену и что ты из себя представляешь, то и увидит зритель, нельзя ни за чем скрыться, сколько не ищи выгодные ракурсы. Но суть, профессионализм, музыкальность всегда видны. Поэтому желаю им искреннего отношения к своему делу и чтобы им за это обязательно была награда в виде достойного места в профессии.

Интервью Карина Житкова

Фото личный архив Ирины Юрьевны Сыровой