Колумнист La Personne Борис Мясников в своей новой колонке рассказывает о том, как танцовщики проживают кастинги и постановочные процессы на примере балета Александра Экмана «Эпизод 31».

НЕ эпизодичный эпизод.

Как мантру повторять, что «доброе утро» должно быть добрым. Даже несмотря на то, что это первое утро рабочего дня после отпуска. Во многих языках утро не какое-нибудь, а именно доброе. Значит в большинстве случаев утро таким и должно быть. Даже несмотря на то, что доброе летнее солнышко разбудило тебя в шесть утра, проливая весь свой добрый свет и тепло прямо тебе в глаз. А будильник спокойно дремлет еще добрых два часа. Точно как моя добрая собака. Которая такая добрая и любвеобильная, что спать без меня не может, сложив свои лапы мне на лицо.

Добрая порция горячего кофе делает «доброе» утро поистине добрым. Но никакой кофе и мантры не в силах сделать первый рабочий день таким же добрым. 

Со скрипом в душе отправляюсь на работу. Со скрипом немного проржавевшего за лето колеса отправляю свой велик и себя на недолгую прогулку в сторону театра.

Со скрипом в мышцах заканчиваю утренний класс. И без малейшего перерыва со скрипом отворяю дверь в соседнюю студию. 

Мой первый рабочий день после двух месяцев отпуска начинается в десять утра и должен закончиться моей предполагаемой кончиной около половины восьмого. Первую половину дня занимает подготовка современного балета, который мы танцуем уже четыре года. Много сил балет не отнимает, да и вообще не нуждается в применении балетных навыков. Состав у нас хороший, крепкий. Сразу прогнали от начала и до конца. Оставшиеся три часа первого из двадцати репетиционных дней потратили на поиски причин не заканчивать репетировать.

«Старый» современный балет будет открывать театральный сезон в паре с премьерой другого современного балета. Отмечу потрясающую логику в построении репетиционного графика. Постановку нового балета с нуля мы начали одновременно с балетом, который, как говорится, у нас «в кармане». 

День становился все «добрее» и «добрее». Случилось, что составы нового балета, где я тоже числился, оказались лишь приглашением на просмотр. Приглашение в последний момент было немного раздуто. Так немного, что в зал пришлось протискиваться. Входя внутрь, я ещё почему-то подумал, прихватил ли я собой обезболивающее? Видимо, меня смутили наши японцы. Работоспособные, всегда подготовленные, и, неожиданно, в наколенниках! Всегда болтливые итальянцы тоже притихли. Наверняка, выведали что-то у японцев.

Окончательно день перестал быть добрым, когда перед началом пятичасовой постановочной репетиции ассистент обмолвился, что балетные туфли нам не нужны, даже лучше, если бы мы все пришли в кроссовках. Печально окинув взглядом обмундированных японцев, найдя пару счастливчиков, у кого оказались с собой кроссовки, окончательно убедившись, что из защитных средств у меня только волосы на ногах, не веря в Бога, я помолился. 

Мантры, кофе и молитва совершенно точно не работают в первый рабочий день. 

НЕ эпизодичный эпизод

…Смешались в кучу кони, люди. Это примерно шестьдесят артистов в небольшом зале из последних сил пытаются показать свое мастерство и попасть в основной состав. Другими словами, неистово выпендриваются. Танцами это назвать трудно. Скорее виртуозное избиение себя об пол и очень замысловатые закручивания, прокручивания, выкручивания своего тела в разных ракурсах и амплитудах. Несколько человек уже отползли в сторонку и зализывают раны. Другие еще держат ритм, выстукивая коленями об пол, или колено об колено, или колено об лицо соседа, потом кувырок и об лицо другого соседа. У умных японцев с коленями еще все в порядке. У них другая проблема — пируэт на подъемах. Нет, не на полной стопе или полупальцах как обычно. А именно, пируэт на подъемах, поднимаясь и снова падая на колени без помощи рук. Они ребята работоспособные, сотрут стопы в фарш до тех самых наколенников, но сделают, что просят.

А самое обидное, что на просмотре ассистент заведомо показал самый трудный момент. В балете его особо и не заметно.

Сменив пять потных футболок, почти ни разу не поскользнувшись на кровавых разводах на полу, пересчитав все оставшиеся ребра и мениски, помутневшим взглядом проверил время на телефоне. Прошло сорок минут. До конца первого рабочего дня остается чуть более четырех часов.

К чертям мантры, кофе и молитвы. Следующим утром несусь на работу. Счастье поработать тут не причем. Рабочий интерес тоже. Можно предположить — по большой или малой нужде, все-таки кофе делает свое дело, но тоже не то. Мной правит инстинкт выживания. Мне нужны официальные списки состава на балет. Чтобы на повторять «Бородино» снова. После вчерашней репетиции целыми у меня остались только зубы (мне кажется, у единственного). Но и те треснули, когда я стиснул челюсти. Списков НЕТ. Есть только сегодняшнее расписание, сильно похожее на предыдущее, правда на коротенький часик длиннее.

Второй рабочий день закончился, не успев начаться. Я решил, что «занемог». Голова разболелась, отравился чем-то, аллергия ли, давление ли или просто поумнел…

Видимо, последнее. Ребята долго тогда мучались. Списки огласили лишь через неделю.

После просмотра в репетиционный зал даже не заглядывал. А надо было бы. Говорят, злорадство продлевает жизнь артиста балета. Я б себе лет на пятнадцать, наверное, продлил.

Премьера балета Александра Экмана «Эпизод 31». Кстати, второй раз решился пересмотреть это представление только в экспериментальных целях. Посчитать все клише современного танца. Хореограф озадачился собрать все несуразное, абсурдное и бессмысленное в одном своем «эпизоде», только забыл поставить цель. Зачем?

НЕ эпизодичный эпизодПовеселиться? Как в прошлом веке Ноймайер в своей «Чайке» изящно посмеялся над неуместной помпезностью императорских балетов в современном мире. Ну или еще раньше Роббинс зарисовал сатирические картинки с яркими типажами в своем «Концерте», кто ж не помнит Вальс Ошибок? Килиан тоже задорно и очень талантливо шалил. Как тонко у него получилось одновременно кольнуть, но и отдать дань уважения Мистеру Би в «Symphony in D». 

Поскандалить? Как это делает Матс Эк уже почти 40 лет, нивелируя на грани абсурда.

Поразить? А что мы еще не видели? Занавесом Экман поиграл, светом тоже. Люди на сцене у него ходят, бегают, валяются, трясутся, падают, сталкиваются (не понятно, это задумка или бедняги реально налетают друг на друга). Также успевают покричать, посвистеть, постукать, потопать и даже спеть. Конечно, все бесполые, в рубахах и свободных юбках. Обязательный момент — потаскать, подергать, перенести декорации. Особенно смешно, когда хрупкая девчонка, попой к зрителю, пытается передвинуть пласт тяжелого линолеума, а на нем ещё кривляется запоздалая группа парней. Все в двойне смешней, потому что на них уже несется другая группа. А сверху на всю эту агонию падает занавес. Чего не хватает? Конечно! Классической балерины на пальцах. И па-де-де двух парней на десерт. Музыка — отдельная песня. Это реально несвязанные отдельные треки. Когда, например, составляешь себе плейлист, чтобы в пробках не скучно стоять. Что там в Shazam наловил? В магазе, когда труселя выбирал, неплохая такая, задорная песенка была. Следущая тоже оригинальная, фоном в одном баре звучала, когда на пивас с другом встретился. Добавим ко всему этому просто болтовню без музыки для финала, и что еще? Ах, снимем видео про то, как мы этот балет репетируем, как нам всем весело его танцевать, и зрителю перед началом покажем. Чтобы наивный зритель не искал несуществующего смысла. Сразу объясним, что деньги заплачены как бы за билет на вечеринку в клубе, где кто-то реально ритмично танцует и веселится, а вы тихо сидите в темноте и на них смотрите.

Я бесплатно смотрел. По традиции после премьеры был маленький банкет с шампанским, ну а после пошли в реальный клуб.

Утром вспоминал эпизоды прошедшей ночи. Шампанское очень зашло. Клубные пляски в отрыв. А вот «Эпизод 31» какой-то был НЕ эпизодичный.

НЕ эпизодичный эпизод

Фото Ксения Куликова