16.01.18

Персона

Елизавета Чепрасова

Ведущая балерина Национального балета Венгрии Елизавета Чепрасова ответила честно и без прикрас на вопросы La Personne. Специально для этого интервью наш фотограф Ира Яковлева сняла фотоисторию с Лизой в балетных залах Венгерского театра.

Елизавета Чепрасова

Лиза, во-первых, хочется поздравить тебя со свадьбой, которая состоялась летом в Санкт-Петербурге! Твой муж, Дмитрий Дьячков, работает в Красноярске, скажи, насколько сложно оставаться в разных местах и какие у вас планы на будущее – воссоединиться или, быть может, продолжать отношения на расстоянии?

На самом деле я всегда считала, что отношения на расстоянии невозможны, я не верила в них, не воспринимала.

Мы все знаем, что жизнь балерины определяется балетом. Она не похожа на жизнь большинства людей, у которых есть рабочее время и есть личное. Мы все живем балетом, наши вкусы строятся в соответствии с ним, даже наш отдых планируется от театрального расписания.

Но у тебя теперь большое событие – замужество. Насколько оно поменяло твое балетное мышление.

Никак не поменяло. Возможно, я не до конца осознаю, что я в браке, но с другой стороны, я шла на это осознанно. Я устроила замечательный день, была в красивом платье, очень волновалась в ЗАГСе, это волнение не сравнится ни с каким, это что-то особенное. Я только на свадебном видео услышала, что говорила во время церемонии служительница ЗАГСа.

На данный момент у вас с мужем одинаковые дорожки. Давай представим, что Дима берет и уходит в бизнес. Отразится ли это как-то на тебе, на абсолютно балетном человеке, у которого кровь на 80% состоит из вагановской школы? Представь, что однажды твой муж приходит и говорит, что вы заканчиваете с балетом, переезжаете и открываете туристическую фирму.

Сейчас бы для меня это не представило никакой трагедии, я уже станцевала много партий. Если бы Дима сказал мне, что сможет меня обеспечивать, а я смогу сидеть и ничего не делать, я прямо побегу за ним. Единственное, мне бы хотелось станцевать Манон. И не знаю, как так получилось, но я до сих пор ни в одном театре не станцевала балет «Ромео и Джульетта».

В чьей постановке?

Это даже неважно. Я просто слышу музыку и сама постановка не так важна, мне хочется пережить на сцене эту историю.

Что для тебя идеальная жизнь на данный момент?

Я привыкла принимать жизнь такой, как она есть, находить плюсы и минусы. Я не могу сказать, что планирую что-то заранее, могу ужиться в любых условиях и сделать их идеальными для себя.

Планируете заводить детей сейчас? Или всё же пока занимаешься карьерой?

Думаю, я расплáчусь, если узнаю, что беременна. Сейчас раскрою все секреты, но я хочу близнецов-мальчиков и назову их Славик и Ярик.

Ты нашла своего мужчину в жизни, а на сцене?

Мы с Димой танцевали вместе не так много, вспоминается вставное па-де-де из «Жизели» и «Сильфиды» в Муз. театре Станиславского. Не так много мы вместе работали, чтобы начать ссориться. Говорят, что сложнее всего репетировать со своим супругом. Как-то давно у меня были отношения еще в Мариинском театре, и мы очень сильно ссорились, хотя партнером он был замечательным. С Димой я бы, конечно, хотела танцевать больше.

Вы сейчас работаете в разных театрах, как это может продолжаться дальше? Где? Это может быть Россия или Европа?

Где будут лучше условия, там бы и хотелось работать. В России на данный момент у меня нет вариантов. Пока я танцую. До пенсии мне хотелось бы быть в Европе. Даже взять погоду, климат, когда я жила много лет в Питере – это были годы сплошного уныния. В Киеве в этом плане было намного лучше, я могла пешком 20 минут идти до театра. Мне нравится в Европе: Германия, Австрия, Венгрия – места, где можно просто наслаждаться хорошей погодой и радоваться жизни.

Возьмем Большой театр и Мариинский – почти каждый артист кордебалета мог бы быть ведущим артистом в любом театре мира, тем не менее они остаются в России, в своих театрах, потому что за ними эта махина и ты вроде бы причастен к истории. Нужен ли тебе кордебалет, скажем, Мариинского театра, на фоне которого ты крутишь фуэте? Или для тебя не важен уровень труппы, а важно только то, что ты все же крутишь свои фуэте?

Во-первых, конечно, не каждый. Я бы не сказала, что в Европе плохой уровень. Множество европейских театров в каких-то вещах опережают российские, и если даже не по уровню исполнения, то по оснащению, по репертуару. Конечно, Мариинский театр это эталон, они возят «Лебединое озеро» на гастроли и все зрители в восторге, но на «Лебедином озере» не заканчивается театр и жизнь. Здесь, возможно, кордебалет и не дотягивает по физическим данным, по школе, до уровня Мариинки, но тут артисты более раскрепощенные, более свободные.

Ты чувствуешь здесь себя комфортно. Скажи, что ты сама себе желаешь на данный момент?

Да, здесь мне комфортно. Я вижу, что мои труды оцениваются. Я хотела бы сейчас заниматься семьей, семейным бытом. Хочу иметь свой дом, где я могла бы этот быт осуществлять. По сути, у меня никогда не было такого с 14-ти лет в Киеве. Я выросла в идеальной семье: мама, папа, сестра, я – и было неважно, кто чем занимался, а каждый вечер мы собирались на ужин. А вот потом начались переезды: в Питере купили квартиру, потом я съехала в общежитие, затем съемные квартиры, где даже полку лишний раз не прибьешь, потому что это не твое.

Спасибо большое за интервью!

Спасибо и вам. Я всегда даю интервью честно, может быть, мои рассказы не особенно будут интересны, но я говорю как есть, без балетных стереотипов.

Наоборот, наша аудитория видит, что звезды не только на небе, они среди нас. И хоть у тебя такие высокие планки, но они не в космосе, они рядом с нами.

 

 

Интервью Борис Мясников

Фото Ира Яковлева