26.07.19

Персона

Ирина Зеновка – хореограф-постановщик сборной России по художественной гимнастике

Алина Кабаева, Амина Зарипова, Евгения Канаева, Маргарита Мамун, Дарья Дмитриева и многие другие гимнастки выходили на площадку с ее программами и побеждали на мировых чемпионатах и Олимпийских играх. Сегодня ее постановки с нетерпением ждут каждый новый сезон. О том, как сформировался ее стиль движения, почему хореографу-постановщику необходимо каждый день работать с гимнастками и о влиянии современного балета на ее постановки мы поговорили с Ириной Зеновкой - Заслуженным тренером России, хореографом-постановщиком сборной команды России по художественной гимнастике.

Как проходило ваше становление как хореографа-постановщика?

Конечно, у меня был учитель, самый главный в моей жизни человек – Дмитрий Евгеньевич Бегак, солист Большого театра, первый исполнитель Спартака с Майей Михайловной Плисецкой (постановка Игоря Моисеева. – Прим. ред.). Без него я бы не состоялась ни как хореограф, ни как личность. Я даже могу назвать его своим отцом, потому что все, что я умею и знаю – все это дал мне он. Когда я еще была спортсменкой, Дмитрий Евгеньевич, как хорошо разбирающийся в искусстве человек, водил меня на спектакли, концерты и выставки. Все образование у меня от него.

Когда была сборная СССР по художественной гимнастике, то Дмитрий Бегак и Ольга Морозова были хореографами. В какой-то момент они закончили работать в сборной СССР, а наша спортивная карьера завершалась. И вся команда – первый и второй состав – вместе с Дмитрием Евгеньевичем  и Ольгой Сергеевной перешла работать в театр. Это был большой и интересный проект, в ходе которого был поставлен спектакль про Распутина, созданный вместе с Ильей Рахмиэлевичем Резником. Но потом, как это обычно бывает, между творческими людьми возникли разногласия, и театр разделился. Я, как ни странно, осталась с Ильей Рахмиэлевичем и Ольгой Сергеевной, и мы уехали в Америку с этим спектаклем. А Дмитрий Евгеньевич в это время основал другой театр, который тоже пользовался большой популярностью и много выезжал на гастроли. Потом, когда я приехала из Америки, снова вернулась к Дмитрию Бегаку. Вот так все и началось.

Как вы стали работать в сборной команде России по художественной гимнастике?

После ухода Дмитрия Евгеньевича из сборной СССР, после долгого перерыва, он вернулся уже в сборную России, и я начала ему помогать. Это произошло в 1996 году. Вместе с ним мы тогда составили групповичкам упражнение «Серебряный дождь» с мячами. После долгого перерыва сборная России в групповых упражнениях наконец выиграла, и наши девочки уже не сдавали своих позиций вплоть до сегодняшнего дня.

Кому сейчас в сборной команде России вы составляете упражнения?

Я ставлю и личникам, и групповичкам. Что касается индивидуальной программы, то я даже составляла два упражнения Амине Зариповой и одно – Алине Кабаевой. Женя Канаева и Маргарита Мамун выступали только с моими упражнениями. Также много составляю упражнений для юниорок.

Маргарита Мамун

Что самое сложное в работе постановщика?

В работе постановщика самое сложное – это найти своего исполнителя. Потому что постановщик может задумать все, что угодно, а вот выполнит ли это гимнастка? Если все совпадает, как это было с Женей Канаевой и Маргаритой Мамун, то результат получается замечательный. Если же гимнастка не до конца понимает, что хочет хореограф-постановщик, то, наверное, надо искать кого-то другого.

От чего вы отталкиваетесь, когда составляете упражнения? От данных гимнастки, от музыки, от основных элементов, которые она выполняет?

Всегда по-разному происходит. Скорее, все в совокупности. Например, Женя Канаева всегда хотела себе Кармен. Мы даже составили упражнение, но когда Ирина Александровна его увидела, то решила, что Жене оно не подходит. Женя очень переживала. В итоге, мы составили другое упражнение под другую музыку. И оно получилось намного лучше. То есть желания не всегда совпадают с возможностями – это надо учитывать.

Евгения Канаева

Вы обычно предлагаете музыку?

И здесь бывает по-разному. Конечно, под какую-то музыку самой очень хочется сделать упражнение. Я мечтала сделать “Oblivion” Астора Пьяццолла, мы пробовали и с Дашей Дмитриевой, и с Женей Канаевой, но не получилось. А вот у Маргариты Мамун получилось. В упражнении Маргариты музыка совпала с ее уникальной пластикой движений (прим. ред. Упражнение с обручем сезона 2015 года).

Для вас составление программы – это всегда сотворчество?

Да, для меня всегда!

Получается, что вам не приходится объяснять гимнастке ее образ?

Иногда приходится, иногда нет. Потому что не все гимнастки настолько талантливы как, например, Маргарита Мамун, она, безусловно, одаренная. Многих нужно учить двигаться, воспринимать музыку.

Значит, научить гимнастку двигаться все-таки возможно?

Научить можно, но не всех.

Маргарита Мамун в своем интервью для нашего издания говорила, что вы присутствуете на всех тренировках. Почему это для вас важно?

Это важно для того, чтобы сохранить образ и композицию. Тренировочный процесс всегда очень длительный и утомительный, и не всегда бывает так, что гимнастка может выкладываться каждый раз на сто процентов. Она один раз не выложилась, второй, третий; и если ни тренер, ни гимнастка не заставили себя, то спустя месяц ты просто не узнаешь свое упражнение. В идеале нужно присутствовать на тренировках каждый раз, чтобы что-то дорабатывать, доделывать, изменять. После каждого старта происходит работа над ошибками. Если у гимнастки что-то не получилось на соревнованиях, то это нужно менять. Конечно, сделать это может и тренер, иногда у него получается даже лучше, но все-таки постановщик должен при этом присутствовать. Работа целым коллективом рождает новое и интересное.

Как вы понимаете, что упражнение удалось?

Я всегда опираюсь только на свои ощущения. Получила я удовольствие от этого упражнения или нет. Если я его получила, то прекрасно! Если же оно еще понравилось гимнастке, зрителям и судьям, то – превосходно!

Всегда ли гимнастка должна показывать образ на площадке, или она может просто жить в упражнении?

Без образа невозможно. Если его не будет, то не получится цельной картинки. Гимнастка без образа, скорее, похожа на скелет. Из этого не выйдет ничего хорошего.

Можно ли посредством ежесезонного усложнения программы вывести гимнастку на новый эмоциональный уровень?

Конечно, ведь все составные части упражнений взаимосвязаны. Именно поэтому каждая спортсменка на пике своей карьеры старается показать не только то, что она умеет, но и, самое главное, то, чему она научилась.

Важны ли для вас личные качества спортсменки?

Очень важны! И на моей практике успеха всегда добивались те, которые ответственно относились к своему делу, не распылялись на другие вещи. Когда ты подходишь к определенному этапу своей карьеры, то ты уже не можешь поддаваться искушениям. Как говорит Ирина Александровна: «Грязный хвост». Главное, чтобы не было «грязного хвоста», тогда все должно получиться.

Что вы чаще всего меняете в программах на протяжении сезона?

Мы, конечно, стараемся менять то, что не получается из соревнования в соревнование, чтобы гимнастка чувствовала себя спокойнее. У каждой спортсменки стараемся найти уникальный элемент, впервые ею выполненный и «фишки», которые больше всего запомнились зрителям и судьям, чтобы потом перенести их в программы нового сезона.

Отличаются ли программы Олимпийского сезона от программ других сезонов?

Да, отличаются. Был у нас случай с Женей Канаевой, что мы повторили два упражнения на Олимпиаде в Лондоне: обруч под Стравинского и ленту под Шопена. Все были восхищены упражнением с лентой под Ноктюрн Шопена, и мы решили повторить, модернизировав программу по сравнению с прошлым сезоном. Сделали мы это несмотря на то, что было составлено новое упражнение с лентой под музыку из балета «Лебединое озеро», которое потом прекрасно исполнила Маргарита Мамун на Олимпиаде в Рио. Это очень интересная взаимосвязь!

«Золотая» лента Маргариты Мамун на Олимпиаде в Рио

Должна ли гимнастка хорошо разбираться в искусстве балета? Должен ли тренер рассказывать ей об этом?

Дина Аверина – «Петрушка»

Конечно, она должна знать. В прошлом году у Дины Авериной было упражнение с мячом под музыку Стравинского из балета «Петрушка», и мы ходили на балет Пермского театра в хореографии Владимира Варнавы. Дина пришла в восторг! Мы посмотрели и классический вариант. Дина сделала для себя выводы, что-то мы привнесли в упражнение. И потом ей было гораздо легче выходить на площадку с этой программой, потому что она знала, что делает, она знала всю историю Петрушки.

Любите ли вы современный балет?

Да, конечно! Я очень люблю постановки Бориса Яковлевича Эйфмана. Нам повезло, мы с ним вместе работали на сборах в Санкт-Петербурге, когда у него было свободное время. Он работал с Диной Авериной, как раз в тот период, когда мы готовили упражнение с обручем под музыку из «Лебединого озера». Был очень интересный процесс.

Из зарубежных хореографов мне очень нравится Матс Эк, который делает всегда очень необычные постановки. И Пина Бауш меня очень впечатлила, когда я в первый раз ее увидела. Такие вещи я очень люблю, я наслаждаюсь ими и всегда воспринимаю с интересом.

И финальный вопрос, который я задаю всем: художественная гимнастика – это спорт или искусство?
Нельзя ответить однозначно. Конечно, это симбиоз, потому что художественная гимнастика постоянно прогрессирует. С появлением Дины и Арины Авериных возник также и цирковой элемент. Так что, я считаю, художественная гимнастика – это не только спорт и искусство, но еще и
цирк.

 

Интервью Ангелина Кривова

Фото Олег Наумов, Дмитрий Корнев