01.10.17

Колонка редактора

Колонка главного редактора – Октябрь

Мы начинаем новый месяц, а это значит, что наших читателей ждет новое путешествие в мир балета. Октябрь мы решили посвятить живописи, и все наши материалы будут тесно связаны с этим видом искусства.

Кто-то удивится: почему мы выпускаем материал в воскресенье? Но сегодня необычный день. 1 октября свой день рождения отмечает легендарный человек в мире балета – Ярослав Данилович Сех!

Подгадав под его день рождения и День учителя, мы спросили у Ярослава Даниловича разрешения объявить его персоной месяца в La Personne и сделать про него огромный материал. Он не только согласился на это, но и дал нам эксклюзивное интервью, что он делает крайне редко!

Для нас большая честь публиковать этот материал. И не из-за того, что он легендарный человек для своих учеников, а потому что о таких людях нужно рассказывать новым поколениям, ведь именно на традициях строится искусство балета.

Я решила, что лучше, чем ученики Ярослава Даниловича, о нем не расскажет никто, поэтому сегодня в моей колонке – текст Бориса Мясникова, одного из самых любимых его студентов. А уже завтра – большое интервью с Ярославом Сехом от Вероники Варновской. Не пропустите!

 

Утро. Нет, не то самое, а всего лишь одно из этих…

ЕДИНСТВЕННЫЙ выходной – вторник.

Будильник 6:45, как сейчас помню. Даже много лет спустя, в Будапеште, инстинктивно захотелось зарыться в теплые глубины подушки, чтобы не слышать этот агон.

Вся общага на Таганке только недавно отошла ко сну после вчерашнего «Ромы и Юльки». Сереженька Прокофьев молодца был. Музыка все еще в ушах играет.

А я беру у Петрова кофе, мой почему-то всегда во вторник утром пропадает.

Полка Эрики Микиртичевой в холодильнике хоть как-то поднимает настроение. Всегда что-то вкусненькое. Не то что полка Наташи Сомовой до нее. Я не наглею. Только сыр, ветчина. И хлеб у кого-то всегда вкуснее, чем свой…

В полной уверенности, что легкий перегар я как-то утрамбовал, выпадаю из подъезда в суровый мир.

Ноябрь. Москва.

Бесит все и всё. Обязательно дождь. Везде грязь, перекопали. Тут таймер на светофоре только начал отмерять трехзначное число. В метро увидел абсолютно все воплощения Досады, Зла, Нервозности. Утонул в толпе людей-пингвинов у единственного работающего эскалатора на Кузнецком мосту в час пик. Москвичи поймут. Со стороны выглядит комично, но ты знаешь, что опаздывать нельзя. Нет, я не про то «нельзя», когда просто «извините». Я про то, когда на собственную свадьбу опаздываешь. Про дождь и ветер не забывайте.

Натягивая холодный балеток на оттоптанную в метро ногу, допрыгивая до двери на другой, вваливаюсь в зал. При этом, в последний момент спохватившись, мазюкаю по двери кулачком, мол, постучал при входе.

Теплый свет, тишина. Шуршание газеты! Из-за этого грохота шуршащей бумаги улыбчивый взгляд в очках.

– Ах! Это Вы, Борис? Что ж, проходите. Доброе утро.

Это мой Учитель.

Я до сих пор гадаю про его возраст. Его нет. Есть подтянутый мужчина. Гладко выбрит. В выглаженных брюках. Белой рубахе. Старого фасона туфли в идеальном состоянии. С передовицей в руках.

В чем секрет? Во внутренней дисциплине? В багаже его знаний? В жизненном опыте? Могу сказать, ты просто уверен в правоте всех его знаний. Уверен, что именно он знает тот самый «секрет настоящей полноценной жизни» и он готов научить этому тебя!

Вот он – УЧИТЕЛЬ! Он успел сказать только «доброе утро», а ты уже многому научился. И забыл про 6:45, про выходной… Ты открыл глаза.

Мало того что он давно легенда, он лицо «золотого века Большого театра». На него Лавровский ставил. На него Григорович ставил. Его Тарасов учил. Открой Большую Советскую Энциклопедию, раздел «Советский балет», там имена. Так он или танцевал с ними, или они его учили, или они на него ставили. Ну, казалось бы, сложи ручки и почивай на лаврах.

А он каждое утро в белой рубашке с газетой спрашивает: «Борис, Вы давеча на премьере Большого бывали? Там больно талантлива Оленька Смирнова. Тут пишут. Вы как думаете? Вы же Пермский. Она из Ленинграда. Вам виднее. Ваше поколение».

Он спрашивает. Он в курсе. Он всем интересуется. Он продолжает копить свой багаж. Он слушает. Он говорит…

Ах, как он говорит! Я записывал украдкой. Такой информации нет в книгах. Это его воспоминания. Он школьник, живет в интернате, подсматривает, как первая звезда советского балета Марина Семенова почти ночью тихо репетирует в уже пустых залах хореографического училища. Поймала своего учителя, пока та в Москву приехала из Ленинграда в командировку.

– Дура ты! Я на всю школу ору, ты ногу тут дерешь!

– Грушенька, потише! Прошу! Дети слышат!

Агриппина Яковлевна не отличалась сдержанностью в балетный залах. Да и вообще.

Десятки таких историй. Я писал в тетрадь. Украли. Не прощу. Так как украли не у меня, а у нас всех.

Он знает, как изначально поставили балет и что каждое па значит. Он знает такие детали, какие нигде не записаны. Это из уст в уста. От учителя к ученику. На них держится НАШ балет. Он учит, он сам учится. Ни одно издание в русском балетном мире не было им не замечено. Он в курсе всего. У него есть замечания и есть комплименты.

Держатели мира Балета, прислушайтесь к словам Учителя! Он правда знает, как надо. Тогда будет все хорошо и правильно. Он сам тому пример.

Я горд тем, что Ярослав Данилович Сех – мой Учитель. Я обещаю, что постараюсь хоть капельку быть похожим на него. Спасибо.

 

Борис Мясников, выпускник ГИТИСа, ученик Ярослава Сеха.